Мифологическая энциклопедияЭнциклопедия
Мифологическая библиотекаБиблиотека
СказкиСказки
Ссылки на мифологические сайтСсылки
Карта сайтаКарта сайта





Пользовательского поиска


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Ритуальные изображения

В представлении африканца, строго придерживающегося традиций, образы богов возникают, конечно, в самых различных видах, начиная от более или менее устрашающего обличья и кончая вполне человеческой внешностью.

Как известно, главная задача литургии заключается в том, чтобы сделать доступным то, что кажется недоступным в умозрительном плане. Африканец пользуется для этого довольно простыми средствами, в большинстве своем очень похожими на те, к которым прибегают другие религии мира.

В Африке на первой стадии религиозной практики ритуальные божества представлялись на плоскостных рельефах и рисунках. На юге континента древние племена охотников-собирателей, например бушмены, украшали стены пещер и укрытий в скалах прекрасными много красочными изображениями людей и животных, за которыми они охотились. Как правило, речь идет о реальных существах, которых художник наблюдал вокруг себя; среди них нет настоящих божеств, а если они и встречаются, то лишь изредка. Насколько можно судить сейчас на основе сравнений, фрески бушменов, дошедшие до нас через века, были сделаны не только в эстетических целях; они имели более утилитарное назначение в качестве искупительных образов и использовались в соответствующих религиозных церемониях.

Можно предположить, что маленькие охотники, обитавшие на подступах к Калахари (в настоящее время насчитывается только несколько тысяч их потомков), проводили в этих пещерах-святилищах свои обряды. Перед изображениями буйволов, слонов, зебр, жирафов, гиппопотамов и антилоп устраивались жертвоприношения-оргии, сопровождавшиеся танцами и пением, чтобы коллективная охота или другое общественно важное мероприятие прошли успешно.

Вместе с тем эти петроглифы и живописные изображения животных могли иметь в глазах тех, кто их делал, тех, для кого они делались, значение, выходящее за пределы реальности. Другими словами, лев не только представлял свою зоологическую породу в узком смысле слова, но воплощал собою всех львов вельда и был, так сказать, сверхльвом. Подобные изображения служили психологическим фоном для священной драмы, исполняемой мимически участниками литургического действия под наблюдением религиозного вождя группы.

Нечто похожее происходило в святилищах, выбитых в скалах во всей зоне южнее Сахары, к которым можно с некоторыми оговорками причислить также священные гроты в Кордофане, Нубии и Южной Эфиопии. До выдыхания Сахары этот ареал распространялся значительно севернее, о чем свидетельствуют рисунки Тассили, Адрара и Хоггара.

Кроме вышеуказанных охотничьих обрядов в священных пещерах проводились церемонии, посвященные большим небесным божествам, распределяющим благодатные дожди и солнечные лучи, а также всем силам природы, которые обеспечивают размножение человеческого рода и животных, зеленую растительность пастбищ и плодородие полей. Со временем усиливается заинтересованность именно в последних функциях, поэтому место проведения церемоний перемещается на открытый воздух, главным образом на вершины гор и холмов; позже их символически заменяли небольшими холмиками, глинобитными алтарями конической формы, кучками камней и другими уменьшенными копиями.

Священные символы и знаки, начертанные на стенах пещер или на гладкой поверхности скалы, гранитного выступа и т. д., были посвящены первоначальным двигателям, которые с тех пор, как был создан мир, определяли не только судьбы художников, их нарисовавших, но и всех живых существ. Некоторые животные, в частности солнечный баран и солнечный бык, выполняли роль условных заместителей основных божественных существ, и поэтому им делались подношения.

Среди рисунков священных животных у всех суданских народов, живущих на берегах больших рек, таких, как Нигер и Бани, особое место занимали и занимают до сих пор рыба (ее изображение сплошь и рядом встречается в мифологическом цикле рыбаков бозо) и еще чаще крокодил.

Иногда крокодила заменяет или сопровождает варан (семейство ящериц), достигающий трех метров, который тоже относится к символике животворной воды. Так происходит, в частности, в культурном ареале акан. Здесь варана называют гбензе и рисуют на внешних стенах домов, на разных дверях, предметах, представленных в алтарях, посвященных теллургической богине Ассие. Его изображение часто встречается также на больших церемониальных барабанах, на вотивных глиняных горшках, на гирях для взвешивания золота (так называемых диа йабве у бауле, абронгов, анья и соседних групп ашанти в Гане) и т. д.

Как известно, в ритуальных рисунках особенно большое значение придается змее. По этому поводу уже было написано так много, что можно здесь не приводить примеров. Однако мы хотим внести небольшие коррективы в вопрос о ее фаллическом характере. Хотя фрейдистские исследования, все больше распространяющиеся в этнографической литературе, и подчеркивают, что фаллический характер находит ясное выражение на низших ступенях восприятия, у нас все же не создалось впечатления, что традиционная древнеафриканская мысль именно так воспринимает образ змеи. Конечно, философу племени змея в отличие от черепахи, бесспорно женского рода, представляется главным образом как мужской элемент, как сила вмешивающаяся, господствующая и даже угнетающая, но она очень часто предстает в высшем смысле без всякого сексуального оттенка, в частности, в образах благотворных атмосферных явлений.

Иллюстрацией может служить Дангбе в дагомейских культах, когда небесная змея выступает в роли символа радуги, движения небесных сил и предвозвестника благодатных дождей.

Храмы в районах Уида, Бохикона, Абомея, Занианадо и другие разводят священных питонов, которые иногда свободно разгуливают по городу, и к ним с уважением относится население.

Вместе с тем змея очень часто встречается в аллегорических атрибутах ритуальных масок, применяемых некоторыми религиозными общинами фон, холи, наго, а также других ареалах этнического комплекса йоруба.

В мистическом плане змея является связующим звеном, которое обеспечивает полное завершение священного союза между духовным началом - высшей мужской энергией и материальным - высшей материнской, женской энергией. В этой роли змея относится и к небесной и земной сферам.

Большинство систем космологической классификации отводит змееподобным существам место среди созданий, связанных с водой. Образ ползущей змеи в глазах творцов священного искусства связывается с той же волнистой линией, какой принято изображать живую, благотворную воду.

По сравнению со змеей, занимающей среди символов более автономное место, рыба реже представляет божественное начало и, скорее, является условным сокращением, знаком. Правда, бывает, что она выполняет важные функции получателя подношений (в частности, это имеет место во всем культурном ареале Гвинеи и Берега Слоновой Кости). Тогда она находится на службе как водяных богов, так и предков-покровителей данной группы. В последнем случае проблема носит исключительно тотемический характер. Действительно, во многих районах Африки священная рыба часто попадает в категорию религиозных запретов.

На всем Африканском континенте, где общества строятся по традиционной древней схеме, умершие предки выступают в качестве посредников между божествами и людьми, поэтому главы культа данного поколения периодически собирают верующих на берегу священной реки, чтобы просить милости у предков. При этом они бросают в воду пищу (животных, которых режут в самой воде, вареный рис, связки плодов пальмы и т. п.) рыбам как представителям невидимых получателей. Кровь от убитой жертвы должна питать потусторонние существа, которые способны выделять потенцию, необходимую для поддержания человеческой жизни и сами нуждаются в поддержке. Таким образом, создается замкнутый и непрерывный круг взаимовыгодного для обеих сторон обмена.

По условиям такого "соглашения" одни народы регулярно приносят жертвы священным рыбам, принадлежащим главным образом к породам стадных рыб, например усачам или сомам, а другие - крокодилам, живущим в специальных водоемах. Племена, обосновавшиеся в болотистых районах Верхнего Нила, кладут у дверей своих хижин подношения змеям - представителям умерших предков.

Добрые услуги по установлению контактов с невидимыми распространителями жизненной силы оказывает также, хотя и реже, семья гиппопотамов, живущая в каком-либо священном водоеме. Так обстоит дело у прибрежных жителей Нигера, Вольты, верховьев Бенуэ и Замбези.

Однако всех так или иначе почитаемых животных ни в коем случае нельзя приравнивать к подлинно божественным существам. Они только посредники, и приносящий жертву человек не ждет от них ничего другого, как сочувственной передачи послания, пожелания или молитвы тому, кому они предназначены. Первые комментаторы традиционных африканских религий любили говорить об идолах, не понимая, что в действительности они играют, в общем, второстепенную роль. Но если под этим термином подразумевать изображение, сделанное человеком в культовых целях, то рыба, змея, крокодил, варан, черепаха и гиппопотам, которых мы приводим в наших примерах, в какой-то степени могут считаться живыми идолами.

В наскальных рисунках постоянно встречаются сюжеты, изображающие животных, но иногда они до такой степени наслоены друг на друга, что трудно установить, о каком именно зоологическом типе идет речь. Задача осложняется крайним схематизмом некоторых изображений. Известен пример канага у догонов: ритуальная маска, изображающая хищную птицу, очень похожа на крокодила или ящерицу, которых рисуют на стенах пещер, где собираются члены религиозной организации племени для больших обрядов поминания и посвящения.

Установить видовую принадлежность животного на рисунке особенно трудно, когда он сделан представителем исчезнувшего племени. С этим мы сталкиваемся при изучении росписей пещер в Родезии и Южно-Африканской Республике.

Искусство украшения стен деревенских домов продолжает существовать и в наши дни, когда в новой Африке происходят большие перемены в области жилищного строительства. Всего разнообразия декоративного орнамента описать нельзя. Отметим только, что небольшие мифологические и фольклорные божества представлены довольно широко. Достаточно напомнить знаменитое морское чудовище мами-вата из области традиционных (но не всегда древних) верований, а из образов чужеземного происхождения неисчислимые библейские персонажи, начиная с крылатых ангелов и кончая различными святыми, Иисусом Христом и самим богом (он предстает в виде бородатого патриарха, типичного католического миссионера). Все это относится ко многим христианизированным районам бассейна Конго, Южного Камеруна, Анголы, Мозамбика и других стран.

Всюду, даже в сравнительно недавних работах, существа божественного характера появляются редко, но они все же присутствуют в качестве аллегорий, а иногда через посредство своих условных знаков.

В связи с этим часто можно видеть изображение литургической маски. В северной части континента на наскальных рисунках Тассили встречаются фигуры танцующих людей с рогатыми масками. Хотя у нас нет вполне достоверных данных, можно предположить, что они связаны с культом священного быка, который ныне распространен среди скотоводческих народов южнее Сахары. Археологи неоднократно поражались тому, что общий вид этой рогатой маски напоминает силуэт некоторых крупных церемониальных масок тайных союзов Западного Судана: Коре и Ндомо у бамбара, Поро у сенуфо. В южной части Африки также встречаются подобные сюжеты. Вспомним знаменитую фигуру лежащего человека - в большой рогатой маске в окружении маленьких фигурок своих товарищей, - которая украшает одну из доисторических (точнее, протоисторических) пещер около Рузапе в Родезии. В обоих случаях представлены, вероятно, ритуальные сцены.

До сих пор мы приводили примеры плоскостных обрядовых изображений. Однако в религиозном искусстве, по крайней мере в Африке, наибольшее развитие получила скульптура.

Мифологические темы - главный источник вдохновения - поставляют сюжетную канву для обрядов инициации. У некоторых групп населения символика при проведении этих церемоний не столь важна, и они обходятся небольшим числом литургических предметов. Но есть древние народы, у которых подготовка новообращенных проходит в более сложной обстановке. Диэли (район Корхого), теперь растворившиеся в массе сенуфо на севере Берега Слоновой Кости, хотели напомнить молодежи, как их прапредок охотник Воло задумал и организовал мир, и какие приключения с ним произошли. Для этой цели они оборудовали территорию - прежде довольно большую, - где неофиты должны были исполнять священные танцы, имитирующие подвиги, совершенные в далекие времена их первым предком. В лагерях для инициации устанавливались сделанные из глины и, как правило, раскрашенные скульптуры или рельефы.

Подобные сюжеты встречаются иногда и на рисунках, украшающих внешние стены жилищ, притом не только в названных нами странах, но и почти во всей Африке южнее Сахары.

Рис.10. Жилище вождя у бамилике Камеруна
Рис.10. Жилище вождя у бамилике Камеруна

Мифологическая, вернее, космогоническая мысль находит и более широкое выражение. В частности, она влияет на господствующий архитектурный стиль, а также на планировку домов, семейных "дворов" и даже целых деревень. Дома вождей, священные жилища жрецов, поселения семей построены по довольно четко выраженным канонам.

У догонов фасады некоторых домов привилегированных личностей решены как мистический ордер и перед ними делаются возлияния ячменного пива. Однако определенный порядок расположения жилищ заметен не сразу, и смысл его "прочесть" могут только посвященные. К тому же теоретические правила часто отходят на задний план, уступая место практическим требованиям (природным, топографическим условиям и т. д.), не говоря уже о постепенной утрате традиций.

Как мы уже сказали, фасад святилища может более или менее реалистически воспроизводить "лицо" божества, которое в нем живет. В свою очередь, кузницу или плавильную печь изображают иногда как хтоническое божество - в принципе женского рода. Бывает, что такое сходство подчеркивается и внутренним оборудованием: кузнечным мехам придают форму ляжек, очаг с наковальней между ними напоминает матку, содержащую плодородное тепло, а стойка украшена изображением грудей, как и некоторые большие барабаны женского рода, которые во время церемоний должны издавать первородные звуки, призванные сочетать и увековечивать ритмы всего мира.

Для изготовления литургических предметов, необходимых для установления контактов с трансцендентным миром, африканцы используют самые разнообразные материалы, как местные, так и привозные.

Рис. 11. Детали украшения королевского дворца в Кету (Дагомея), представляющие богов из пантеона йоруба
Рис. 11. Детали украшения королевского дворца в Кету (Дагомея), представляющие богов из пантеона йоруба

Вотивные, искупительные, поминальные и другие фигурки делаются из растительных волокон, из мягкого или твердого дерева (последнее чаще всего обрабатывают огнем), из глины, костей домашних и диких животных, бивней слона или гиппопотама, рогов антилопы, а также из различных металлов: из железа, добытого древним способом или путем переплавки, из меди, а в последнее время из ввозимого алюминия. Мелкие стеклянные изделия практически в Африке не производятся. Существует лишь несколько ремесленных мастерских, расположенных в центре Нигерии (Бида, например), где делают красивые украшения, в том числе разноцветный бисер *. В течение веков местный спрос удовлетворялся, в частности, за счет ввоза венецианских и чешских изделий, которые доставляли арабские торговые караваны. Известно, что первые европейские торговцы, прибывшие в Африку морским путем, использовали бусы в качестве одного из самых ходких товаров, идущих на обмен.

* (Для чего переплавляют привозную бижутерию.)

После всего сказанного хотелось бы подчеркнуть, что для традиционного объемного искусства Тропической Африки характерны два главных предмета: статуя и маска. Их использование преследует одну и ту же цель - обеспечить установление контактов со священным миром. Разница же между ними заключается в том, что статуя воздействует своей торжественной неподвижностью, маска же своими динамическими особенностями. Однако часто организаторы религиозных церемоний, желая усилить их мистическое воздействие, ставят статую какого-нибудь божества на носилки или на голову человека и несут в окружении кортежа точно так же, как это делают христианские, особенно (католические, общины в западных странах (в частности, в Испании, Италии, Австрии и Польше). Тогда функции статуи и маски объединяются. В африканской литургии маски находятся в постоянном движении в отличие от музейных экспозиций, где маски обречены на неподвижность.

Вместе или попеременно статуя и маска используются в церемониях, посвященных предкам-покровителям. Существует целая программа самого широкого их применения. Она касается всех основных этапов физического существования человека: рождения, перехода от юности к полному приобщению к общественной жизни, смерти и похорон, а в более возвышенном плане предусматривает искупительные молитвы и благодарственные молебны, адресованные через обязательное или возможное посредничество умерших предков семейным духам или большим богам, дающим средства существования.

Рис. 12. Маска, изображающая божество бауле Гу
Рис. 12. Маска, изображающая божество бауле Гу

Поминальным фигуркам, имеющим дополнительно вотивные функции, довольно часто делаются возлияния и подношения, сопровождающиеся заклинаниями, песнями или традиционными жреческими жестами. Но маске тоже оказывается подобное почитание. Как правило, это бывает во время ее интронизации, т. е. перед каждым торжественным ее появлением, или тогда, когда по указанию приставленного к ней жреца ей нужно вновь придать мистическую силу. Во многих районах Тропической Африки маски, предназначенные для участия в обрядах инициации, получают плевок из разжеванных орехов кола: его делают лица, ответственные за проведение обряда. У догонов, моей и курумба на западе, как и у населения Габона и бассейна Конго в центре континента, маски переделываются, перекрашиваются в более яркие цвета; чинят их костюмы из рафии и заменяют различные аксессуары.

Идола, статую, рельеф ставят в специально отведенное место, тем самым отмечая центр того, что принято называть духовным микрокосмом. Чтобы обеспечить свидание человека с божественными существами, этот микрокосм должен отвечать двум основным условиям: во-первых, он должен быть полностью изолирован от непосвященных (и соответственно принадлежать людям одного и того же пола или же только посвященным) и, во-вторых, в нем должна быть создана атмосфера таинственного, способствующая сверхчувственным восприятиям.

Своими жестами и передвижениями маска напоминает участникам обряда мифологические эпизоды и усиливает восприимчивость человека, чем создается напряженность и действие становится как бы вневременным. В такой обстановке мистической экзальтации и проявляется важнейшая роль, которую в Африке играют статуя и маска.

В то же время не следует делать вывод, что эти два главных предмета литургии всегда сохраняют свое достоинство священных атрибутов, во всяком случае в обычном для нас понимании. Специфической обстановке религиозных церемоний в Тропической Африке не обязательно присущи набожность и степенность, свойственные, например, собраниям христиан. Сказанное относится и к ритуалам автономных церквей и различных сепаратистских сект католического и протестантского направлений, процветающих на протяжении последних пятидесяти лет в прибрежных зонах континента.

Рис 13. Статуэтка Гу, бога войны у фон
Рис 13. Статуэтка Гу, бога войны у фон

Традиционные культы используют, конечно, маски, способные внушить страх собравшимся, и этот страх не всегда лишен основания, если вспомнить о случаях принятия яда, об опасных ордалиях и т. д. Но существуют также увеселительные маски, маски-шуты, маски, представляющие нищих. Последние действуют обычно в пользу старейшин, которые окружают главу культа и составляют то, что можно называть духовенством.

Маски-собиратели, наряженные в гротесковые костюмы, не считаются опасными, поэтому на них разрешается смотреть непосвященным, в частности женщинам и детям. Они выступают не только в священных местах (яркий пример которых - лагерь для инициации синзанга у сенуфо), но и служат связующим звеном с внешним, светским миром. Бамбара, живущие к северу от Бугуни (Республика Мали), оказались довольно невосприимчивыми к новым тенденциям и сохранили до настоящего времени свои традиционные институты, в которых важная функция развлечения отводится священным шутам.

Рис. 14. Украшения реликвария бакота
Рис. 14. Украшения реликвария бакота

Их собратья на берегу Нигера, точнее, группы, живущие вокруг Сегу, создали с почти чисто игровыми намерениями театр марионеток, где наряду с историями и фарсами, почерпнутыми из старого и нового фольклора, актеры изображают иногда божественных и полубожественных персонажей. Старая символика племени в руках современных режиссеров порядком утратила свой смысл, но все же она то тут, то там проявляется в ходе представления.

Чтобы закончить краткий перечень священных изображений, надо упомянуть ритуальные гончарные изделия и бронзовые отливки в технике "утраченного воска", которые принесли африканскому искусству немало шедевров.

Гончарное дело распространено практически по всей Тропической Африке, даже там, где другие художественные ремесла, например скульптура по дереву, недостаточно развиты. Однако формы гончарных изделий довольно однообразны. В основном это головы и бюсты, предназначенные для культа домашних духов и умерших предков.

Рис. 15. Статуэтка бавили, служащая для культовых целей
Рис. 15. Статуэтка бавили, служащая для культовых целей

Мангбету, бакуба, балунда, вачокве в Заире и далекие от них бауле, аттие, нзима, абуре, кру и герзе в районах Гвинеи и Берега Слоновой Кости делают красивые антропоморфные погребальные вазы, а прибрежное население Ганы лепит маленькие довольно уродливые фигурки асонгу, изображающие семейных манов.

В Африке, особенно во всей ее западной части, древние мифы рассказывают, как одна из прародительниц научила людей гончарному делу, и часто подчеркивают его значение в качестве божьего откровения. Земля и женские груди, дающие начало жизни, не только символически сравниваются между собой, но и ставятся на одну и ту же ступень во всемирной схеме живой и неживой природы, что осмысливается затем на социологическом уровне.

Горшечница, как и кузнец, тоже находящийся на особом положении и составляющий ей пару или, точнее, противовес в иерархической таблице, обладает некоторыми сверхъестественными способностями. В частности, она без всякого риска может обращаться с теллургическими веществами, обладающими устрашающей силой. Согласно традиционному разделению труда она обрабатывает "живую глину", другими словами, землю-кормилицу, по существу своему принадлежащую к женскому полу, тогда как кузнец, изготовляющий орудия труда и магические снадобья и, следовательно, занимающийся некоторыми второстепенными духовными делами, берет на себя добычу и обработку металлов, т. е. более агрессивные элементы, проявляющие чисто мужские тенденции. Кроме того, кузнец довольно часто делает из дерева культовые статуи и маски.

Во всех обрядах по обеспечению плодородия полей кузнец и горшечница выполняют дополнительные функции. На них распространяется строгое правило эндогамии, они могут вступать в брак только между собой, что отделяет их от всего общества. Но в силу этого кузнец и горшечница приобретают большой вес как в моральном, так и в экономическом отношении в общине.

Не всегда, но очень часто операции по обрезанию выполняет кузнец, а по эксцизии - горшечница. Нетрудно понять, что в силу этого они пользуются большим влиянием.

Рис. 16. Ма - посмертное изображение у анья
Рис. 16. Ма - посмертное изображение у анья

Помимо большого количества изделий для домашнего употребления в Африке из глины делают и некоторые ритуальные предметы, предназначенные, в частности, для культа предков. Домашние вещи обычно украшены мало, их орнамент ограничивается геометрическим рисунком, но культовые предметы оформлены значительно лучше. Их художественная ценность различна: от неуклюжих фигурок до подлинных произведений искусства, очень выразительных и трогательных, как, например, знаменитые ма древних анья в царстве Кринжабо, на самом юго-востоке Берега Слоновой Кости.

В этой этнической группе был очень развит культ умерших, особенно если речь шла о знатных людях. Как и их собратья во всей семье акан, анья верят в неразрушимость частицы, которая обеспечивает человеку возможность жить и мыслить и которая передается по наследству из поколения в поколение, причем наследование ее идет не по прямой линии, а довольно сложными путями, где активную роль играют оба рода - отцовский и материнский.

Ма принято хранить в обычном жертвеннике, они должны в какой-то мере улавливать жизненную потенцию данного рода или всего деревенского коллектива. Поэтому их действия можно сравнить с конденсаторами неумирающей динамической энергии. Эта энергия индивидуализирована, что должно облегчить ее распределение и передачу от умерших к новорожденным.

Горшечница у анья делает посмертные изображения, когда тело выставлено перед тем, как опустить его в могилу, или во всяком случае не позже окончания церемоний похорон. По существу, это портрет умершего, но как предмет культового почитания он выйдет за рамки простого изображения и станет источником активного излучения.

В древнем царстве анья Санви право на ма имели все умершие инициированные члены общества, кроме новорожденных, но делалось исключение, если ребенок умирал в день чьих-либо похорон.

Водружению фигурки на священное место, именуемое массо, всегда предшествовал семейный ритуал, масштабы которого зависели от общественного престижа умершего.

В этом ритуале главную роль играли женщины данного рода, старшая из них исполняла обязанности жрицы. Массо, что буквально означает "поле ма", оборудовали как укромное место в лесу около деревни, а чаще всего у дорожки, ведущей в соседнее селение.

Анья никогда не хоронили своих умерших в массо. Кладбище находилось обычно в стороне от других священных мест и не имело большого ритуального значения. А сыновья любовь выражалась в самом массо, где и были собраны похоронные статуэтки всех семейных родов деревни.

У жителей Санви было еще одно священное место - монсуну, предназначенное для малых богов-покровителей. Чтобы предотвратить путаницу с предками, которые почитались по другим канонам, монсуну обязательно находилось на противоположном конце деревни. Женщины не имели права там появляться; главным центром их религиозных отправлений был массо.

Африканская археология располагает множеством черепков и целыми предметами гончарного искусства, главным образом культовыми, принадлежащими древним цивилизациям на плато в центральной части Нигера и в бассейне озера Чад, в том числе к культуре Сао. Часть этих находок относится к периоду задолго до нашей эры. Исследовательские работы продолжаются и обещают еще много сюрпризов. Но уже сейчас можно утверждать, что речь идет о древнем народе с высокой духовной культурой, который почитал своих обожествленных предков и множество божеств различного ранга.

Плавка и литье металлов достигли в Африке южнее Сахары очень большого технического совершенства. Центр их находился в южной части Нигерии, где в течение веков процветали замечательные цивилизации Нок, Ифе и Бенин.

Головы видных религиозных и политических деятелей, найденные при раскопках возле священного города Ифе, выполнены в терракоте и, безусловно, являются уникальными произведениями в своем жанре.

Бронзовые изделия Бенина тоже должны быть причислены к наилучшим мировым образцам такого рода. Помимо портретов исторических деятелей среди них есть изображения обожествленных царей, богато оформленные и выполненные с полным чувством реализма. Самые старинные образцы относятся примерно к XIII в. нашей эры.

Знаменитая техника "утраченного воска" была высоко развита у народов Гвинейского залива. Группы акан создали целую серию гирек, так называемых диа йабве, для взвешивания самородков и золотого песка, который они добывали из рек и использовали главным образом при всевозможных церемониях и литургических обрядах. Для обозначения каждой серии они пользовались сначала диакритическими знаками геометрической формы, а потом образными композициями. В первую группу входит помимо черточек, квадратов, кругов, спиралей и синусоидных линий система космологических символов, а во вторую - образы, почерпнутые из религиозной и повседневной жизни.

Народная мудрость ашанти, бауле, анья, абронгов, нзима, а также родственных им групп очень часто находит свое выражение в надписях на диа йабве, содержащих ссылки на поговорки, загадки, песни и т. д. Многие мотивы этих рисунков прямо или косвенно касаются разных аспектов религиозной жизни, но создавшие их мастера всегда предпочитали выражать свои мысли символически. Тут представлены все условные обозначения жизни в ее самых различных проявлениях, в том числе ступенчатые пирамиды, свастика, зубчатое колесо. Этим древняя африканская философия еще раз подтверждает свою принадлежность к общечеловеческой культуре.

Камень как материал для изготовления священных предметов занимает в Африке второстепенное место, за исключением нескольких памятников Сине-Салума, окраинных районов Судана, юга Эфиопии, страны йоруба. Эти памятники имеют огромное историческое значение (все их тайны еще не раскрыты), превышающее их художественную ценность. В самом деле, большинство из них - это обычные камни, поставленные в ряд или полукругом. В Сенегале и Гамбии так устроены святилища, посвященные, вероятно, какому-нибудь древнему богу солнца.

В этой главе нельзя не упомянуть развалины гигантских сооружений на юге Родезии, в частности города-святилища Зимбабве *. Сами по себе эти развалины представляют загадку. Во время раскопок там найдены несколько вырубленных из камня идолов, изображающих полулюдей-полуживотных, и среди них - что-то вроде орла или человека-птицы, несомненно, мифологического происхождения.

* (Зимбабве - большой дом, так местные жители называют руины древних городов в междуречье Замбези - Лимпопо. Мощные оборонительные стены Большого Зимбабве высотою в 9 м, необычные для глаз европейца формы внутренних зданий и башен, своеобразная планировка, каменные идолы вызвали у первых европейцев самые фантастические предположения о происхождении этой культуры. Загадка Зимбабве, однако, давно решена. Зимбабве были сооружены предками современных машона и связаны со становлением у них в VIII в. н. э. государства, известного по португальским источникам под названием Мономотапа.)

В больших экваториальных лесах резьба по камню встречается редко, хотя в Габоне и районе между реками Шари и Убанги существуют небольшие кустарные промыслы, в настоящее время рассчитанные на туристов.

Лоби и другие вольтийские народы раньше воздвигали вотивные камни фаллической формы, иногда с примитивными рельефами, напоминающими черты человеческого лица. Эти монолиты, не превышающие в длину полутора метров, посвящались какому-либо духу джунглей, божественному покровителю животных и плодородия почвы.

В Верхней Гвинее герзе-кпелле, коно, мано, коньянка и часть тома, которые используют маски, сделанные из дерева, и совершают обряды инициации типа кполон, вырезали маленькие головки богов из местного талька. Эти головки назывались луго, луголони и т. д.

Большой центр каменной скульптуры возник когда-то немного западнее, там, где сейчас расположены Кисидугу, Гекеду и Каилахун. В Гвинее такие фигурки обычно считаются принадлежащими киси, а те, которые находят на территории Сьерра-Леоне, приписываются, правильно или нет, менде или булом-шербро.

Однако помдо у киси, а также номоли у менде, судя по всему, сделаны не нашими современниками, а представителями прежних поколений, которые несколько веков тому назад, может быть временно, жили в этих местах. По некоторым данным, они относятся совсем к другой культуре. Достаточно сказать, что мужчины на них изображены с бородой ассирийского типа и с круглыми щитами в руках; кроме того, есть признаки, указывающие на наличие прирученных слонов. Последнее можно было бы считать явлением тотемического порядка, но тут еще многое неясно. Вообще, за исключением точных дат, установленных радиоуглеродным методом, все остальное относится пока к области предположений.

Впрочем, может быть, и не все. Мы ведь знаем, что киси, обрабатывая свои поля, время от времени находят в земле маленькие фигурки из стеатита. По их мнению, это - перевоплощение умерших предков, которые выходят из подземелья, чтобы сообщить своим потомкам о скором появлении на свет нового члена общества и освятить его своей жизненной силой. Киси почитают помдо, воздают им культовые почести и при гадании используют их в качестве посредников для контакта с потусторонним миром.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, дизайн, подборка материалов, оцифровка, статьи, разработка ПО 2001–2017
Елисеева Людмила Александровна консультант и автор статей энциклопедии
При копировании отдельных материалов проекта (в рамках допустимых законодательством РФ) активная ссылка на страницу первоисточник обязательна:
http://mifolog.ru/ 'MIFOLOG.RU: Иллюстрированная мифологическая энциклопедия'
E-mail для связи: webmaster.innobi@gmail.com