Мифологическая энциклопедияЭнциклопедия
Мифологическая библиотекаБиблиотека
СказкиСказки
Ссылки на мифологические сайтСсылки
Карта сайтаКарта сайта





Пользовательского поиска


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Обряды инициаций

Прежде всего уточним, что в этой главе под словом "инициация" мы будем подразумевать не индивидуальную подготовку, которую проводит знаток какой-либо дисциплины (технической, духовной или тайной, касающейся, например, операционной магии) со своим учеником или группой своих сторонников. Мы будем использовать этот термин для определения коллективного явления, относящегося к религии, но имеющего большое социальное значение: речь идет о гражданской обязанности всех здоровых членов традиционного общества обоего пола. Теоретики данного вопроса - правомерно или нет - относят его к категории "обрядов перехода".

Потребность в инициациях проистекает из убеждения, что человек - существо, способное к качественному усовершенствованию. Он рождается в состоянии животного существования, т. е. с качественной точки зрения находится в низших условиях и поэтому должен постепенно достичь степени полноценного индивида. Используя тер мины психологии, можно считать, что в данном случае имеется в виду "самореализация" человека.

Чтобы достичь этой цели, нужно пройти через несколько ступеней. Впрочем, они могут быть включены в одну большую церемонию разной продолжительности, и в настоящее время превалирует именно эта тенденция. На противоположном конце длинного ряда вариантов находятся традиции сенуфо: у них полный цикл, не считая многих мелких подразделений, предусматривает три большие фазы сроком по семь лет каждая. Но к ним мы еще вернемся ниже.

Обычно в первой церемонии инициации участвуют дети или подростки в связи с тем, что им вскоре предстоит войти в мир взрослых. Точнее, это значит, что их приобщают к ритуальной жизни в рамках замкнутых и строго регламентированных организаций, созданных отдельно для мужчин и женщин.

Рис. 3. Сцена обряда инициации, связанных с культом Шанго у йоруба Нигерии
Рис. 3. Сцена обряда инициации, связанных с культом Шанго у йоруба Нигерии

Группа кандидатов одного пола, отвечающая, как правило, понятию возрастного класса, сначала проходит несколько подготовительных ритуальных церемоний, которые должны их очистить от грязных пятен детства. Затем они должны мужественно перенести физические испытания, чтобы доказать свою моральную зрелость. Самое распространенное испытание заключается в операциях над половыми органами и в насечках кожного покрова. Наконец, группу кандидатов изолируют на определенный срок и под наблюдением представителей предшествующих выпусков обучают основам практических знаний и морали.

В некоторых районах Тропической Африки обрезание и эксцизия (в первом случае производится ампутация крайней плоти, а во втором - молодым девушкам отрезают клитор) имеют значение инициации, и тогда сопровождающие эти операции религиозные церемонии сводятся к минимуму. В частности, так происходит среди исламизированного населения.

Эти хирургические операции должны помочь новообращенному разделаться с теми анатомическими атрибутами, которые напоминают о нечистоте и несовершенстве его предыдущего состояния. После операции он порывает с ним и рождается для новой жизни. Часто он получает при этом и другое имя, которое должно засвидетельствовать существование новой личности. Превращение юноши в полноправного мужчину мистически трактуется как его кончина, за которой следует торжественное возрождение, сопровождающееся широкими празднествами. Место, где проходят инициации, тщательно охраняется от непосвященных. Часть его уподобляют животу огромного чудовища, которое поглотило новообращенных и по ночам говорит через посредство священных масок.

В принципе мужчины, проходящие обряды инициации, строго-настрого отделены от женщин и наоборот. Однако в практической жизни некоторым привилегированным женщинам (у тура это - зоно и йуеги) разрешают не только присутствовать, но и принимать активное участие в мужских церемониях. Бывает также, что их сотрудничества требует сам ритуал. Отметим, чтобы поправить ошибку, часто совершаемую наблюдателями, что женщины, допущенные к мужским обрядам, но обязательно являются старыми (женщин после окончания менструаций рассматривают фактически как мужчин). Среди допущенных встречаются и женщины в расцвете лет, но они, само собой разумеется, должны выполнить предварительно ряд условий, и часто тяжелых. Зато в Береге Слоновой Кости (например, у уби и горе) и у некоторых народов долины Конго есть мужчины - члены женских организаций, которые имеют право присутствовать при самых закрытых обрядах: им приходится даже, используя физическую силу, держать женщин во время операций над клитором.

Возраст кандидатов, как мы уже сказали, варьирует в зависимости от существующего в этих местах общественно-религиозного уклада. Мусульманские общины - и их примеру следуют некоторые общества Тропической Африки - подвергают обрезанию совсем маленьких мальчиков, иногда сразу после их рождения. В городах образованные слои населения прибегают к услугам квалифицированных хирургов в больницах. Однако многие народы согласно установившимся традициям устраивают эти операции над молодыми людьми обоего пола значительно позже периода их полового созревания. Обрезание древне-африканского типа существует, вероятно, независимо от предписаний Корана и проводится очень поздно. Киси, тома и некоторые йоруба, например, совершают его иногда над молодыми людьми старше 25 лет. А многие женщины сусу, налу, бага, герзе, уби, кран и гере приходят на церемонию эксцизии, уже будучи замужем или имея детей.

Цикл обрядов посвящения чаще всего проводится раз в год (по очереди) в группах близлежащих селений, каждое из которых оплачивает связанные с этим расходы.

Что касается лагерей, где проводятся эти обряды, то африканистская литература содержит много их описаний, которые различаются в деталях, но единообразны в основе своей. Население, живущее в полулесной и полусаванной полосе района Убанги, как только кончается сезон дождей, строит огороженный лагерь для проведения обрядов инициации. Он удален от деревни и обязательно расположен в тени деревьев на берегу реки. Молодые кандидаты (манджа их называют ганза) ведут там суровый образ жизни: едят мало, спят на спине, привязанные лианами к "постели", состоящей из бревен, покрытых листьями. Собираются они под открытым небом вокруг горшка, на котором подвешено медное кольцо. Это - священное место, символизирующее пуп земли. Сам лагерь - владение всепожирающего чудовища - должен напоминать новообращенному уменьшенную копию того мира, в котором он отныне должен раствориться, а потом, подобно новорожденному, обрести свое окончательное состояние. Все еще подвергаясь очень строгому обращению и исполняя священные танцы, ганза три дня постятся, затем все вместе купаются в реке и, чтобы получить хорошую порку, возвращаются в лагерь между двумя рядами людей, уже прошедших обряд инициации и вооруженных прутьями. Бичевание - одно из самых распространенных испытаний, и не только в районе Убанги. Особенно жестоким оно бывает во время церемоний, связанных с возмужанием, у пастухов-кочевников, таких, как фульбе в Нигере, бороро и других.

На этом страдания ганза не кончаются. После порки, иногда кровавой, они подвергаются обрезанию. Операция производится в тенистом месте на берегу реки. Ганза стоят перед производящим операцию, который отрезает крайнюю плоть и бросает ее в реку. (В некоторых местах этот кусочек окровавленного мяса закапывают в землю или сушат, а потом кладут в крошечный кожаный мешочек и носят в качестве амулета.) Затем оперируемых сажают поодаль и забинтовывают им раны с помощью кровоостанавливающих средств растительного происхождения. Деревянная палочка поддерживает больной орган. Новоявленный мужчина не должен издать ни одного крика, иначе его будут дразнить всю жизнь. В тот же вечер ганза должны танцевать перед стариками, не подавая виду, что им больно, и не обращая внимания на кровотечение. Никакой слабости проявлять нельзя, поэтому, чтобы поддержать в себе силы, они непрерывно грызут орехи кола и поглощают наркотики. По окончании периода выздоровления (обычно, если нет осложнений, он продолжается примерно 12 дней) молодые люди занимаются поддержанием порядка в лагере и обеспечением себе пропитания. Потом, все еще находясь под наблюдением, они начинают охотиться за дичью в соседних лесах. Что касается программы обучения, то в нее входит ознакомление с главными мифами и запретами, с историей и ролью божеств местного пантеона, со связями, которые надо устанавливать с умершими предками. Ганза обучают основам общественной дисциплины и гражданским обязанностям, принципам семейных отношений, правилам половой жизни, ритуальной хореографии и некоторым ремеслам.

Последний этап пребывания в лагере посвящен тому, чтобы полностью покончить с прежней жизнью: все совершенные раньше ошибки должны быть признаны, за них надо понести наказание, а потом их надо "смыть". Будущего члена коллектива взрослых продолжают закалять: он должен работать на коллективном поле под ударами плетки, переносить укусы плотоядных муравьев и диких пчел.

Затем каждому дается новое имя, оно должно как бы завершить процесс его преобразования. Для общения между собой новообращенные пользуются специальным языком.

Впервые выход за пределы лагеря происходит примерно через месяц после операции обрезания. Поэтому поводу неофиты специально принаряжаются: лицо и все тело они покрывают белым каолином, из пятнадцати стоящих торчком палочек (символ мужского полового органа) устраивают себе головной убор, надевают коротенькую юбочку, сотканную из волокон рафии, в руки берут две палки. Лагерь сжигают, и они возвращаются в свою семью. Однако в течение трех дней их новой жизни им не разрешают говорить: ведь они являются как бы новорожденными.

Африканские обряды инициации чрезвычайно многообразны. У баланте, манджаков, браме, пепелов, флупов и у других народов Гвинеи-Бисау, возделывающих рис, праздники, посвященные периоду возмужания, совпадают с ежегодными праздниками первинок и отличаются пышными и сложными переодеваниями символического характера. У островных жителей бидього неофиты сражаются друг с другом под знаком быка, так же поступают нуба на холмах далекого Кордофана, хотя для этого там выбирают другие трансцендентные фигуры.

В Анголе, в районах расселения баганда-ханья, обрезание юношей на пороге их возмужания считается жертвоприношением предку благородной крови, по имени Калуви, а сам обряд имеет искупительное значение. Юноши в период своего выздоровления ежедневно подносят приношения умершим предкам своей семейной группы и кладут их на алтарь малангала, сооруженный в центре лагеря. Считается, что сама операция обрезания находится под покровительством специального божества по имени Онге.

Конечно, приводимые нами примеры, взятые наугад среди многих других, ни в коей мере не являются исчерпывающими.

Этнические группы, обосновавшиеся в районе гор Нимба, там, где встречаются границы трех стран: Гвинеи, Либерии и Берега Слоновой Кости, разработали чрезвычайно сложную систему инициации. В ней центральную роль играет маска, а искусно выполненная насечка кожи заменяет (иногда и дублирует) обрезание. Но практически обрезанию должны подвергнуться все кандидаты в кполон. Этой операции предшествует целая серия церемоний, в которых участвуют подростки от 10 до 16 лет. Инициация в данном случае - это заранее проигранная битва кандидата с чудовищем. Чудовище его проглатывает, держит у себя в животе (т. е. в огороженном лагере), а затем "изрыгает" в виде новорожденного.

Постановочная часть церемоний особенно выразительно разработана у герзе, кпелле, коно, мано, лома. Отдельные эпизоды должны изображать исчезновение кандидата, преобразование его личности и возрождение. В ночь, предшествующую циклу обрядов кполон, вся деревня, где уже несколько дней проходят празднества, слышит впервые голос Нион неа - супруги ненасытного чудовища, которого зовут Нион сине (точнее, Ниому сине, т. е. мужской дух): она поет, выражая свою радость по поводу того, что ее обжора-муж скоро сможет хорошо покушать.

На заре все семьи, которые посылают своих сыновей в священный лес, совершают жертвоприношения. Первого кандидата - его называют нгурукло, а также гбоан - выбирают из семьи, непосредственно продолжающей линию основателя рода. Одетый в наряд воина, с деревянной саблей или ружьем в руках, издавая воинственные крики, он атакует забор, которым отгородился ниому, а затем проходит через листья рафии, прикрывающие входную дверь. Через несколько мгновений раздается шум борьбы и крик победившего чудовища. К ужасу собравшихся на площади жителей, через забор выбрасываются окровавленные (запачканные кровью собак, которых принесли в жертву зогому - должностные лица культа) части деревянной сабли или ружья. За забором кандидата хватают, раздевают и голым кладут на кучу банановых листьев на земле. Его держат пять-шесть человек, а в это время зогому, специализирующийся по нарезке кожи, совершает свою операцию при помощи крючка (чтобы поднимать кожу) и священного лезвия (оно должно напоминать когти чудовища-поглотителя). Операция эта длительная и очень болезненная. В результате грудь, живот и спина новичка покрываются сотнями надрезов, составляющих особый, характерный для данной группы рисунок.

У лома маски афви и гбакологи, воплощающие дух инициаций, сами приходят в деревню за своими жертвами. Их появление сопровождается криками: сао! сао! - "смерть идет!".

Верхнегвинейские кполон в менее ярких формах встречаются также вдоль границы Либерии и среди этнического комплекса дан (по линии Данане - Ман). Здесь обрезание в большинстве случаев заменяет скарификацию кожи. Некоторые даны надрезают только вертикальную линию по середине лба. Теперь, кстати, и это изменилось: они проводят на лбу голубую полосу при помощи татуировки. Техника татуировки развита во всей морской зоне расселения кру.

Впрочем, в большинстве независимых государств Западной Африки новые законы запрещают эту практику. Она считается пережитком варварского прошлого и, кроме того, одним из проявлений трибализма, затрудняющего национально е объединение.

Церемонии посвящения широко распространены у менде, живущих в Сьерра-Леоне. Они называются поро (синоним кполон) и построены по той же примерно схеме: кандидат, уплатив довольно значительную сумму в кассу корпорации, проходит в священный лагерь, где его "проглатывает" чудовище. Через несколько месяцев оно "изрыгает" его обратно с несмываемыми следами происшедших с ним страшных приключений, которые навсегда изменили его личность. Нарезки на коже, совершенные во время поро, менде считают следами зубов чудовища.

Исключительно красочным зрелищем являются праздники диоро, отмечаемые лоби и бирифор раз в семь лет. Они продолжаются несколько месяцев подряд, в них участвуют тысячи молодых людей, разукрашенные раковинами каури и перьями дрофы. Церемонии проходят в рамках земледельческих обрядов. В центре литургической программы находятся символы земли (представленной материнским божеством Тангба) и воды Черной Вольты. Начинается она со священной мистерии, организованной вблизи Нако. Главные актеры - юноша, потомок первых поселенцев, и специально подобранная девушка. Когда эта молодая оплодотворенная женщина рожает ребенка, то во всеуслышание объявляют, что "река произвела на свет маленького человека", и тут начинается ликование молодежи. Будущие новообращенные безнаказанно ругают старших, досаждают всем жителям деревни и палкой убивают домашнюю птицу. Всю ночь бьют барабаны.

Семьи выделяют кандидатов дурби, им бреют головы, помогают нарядиться, угощают самыми вкусными блюдами. Затем юноши и девушки раздельно направляются к реке. (Около поселка Батие-нор есть обширный участок, который использовали для диоро уже многие поколения.) Здесь они устраиваются под открытым небом, спят на голой земле, едят очень мало и пьют грязную воду. В один прекрасный день они обмазываются илом и начинают коллективное купание, в ходе которого их мистически посвящают реке. Ночью трещотки имитируют вой всепожирающего существа. Этот психологический шок, усиленный еще и другими шумовыми эффектами, должен сделать новообращенных другими людьми. Отныне в них поселяется келе - особая жизненная сила, они получают новое имя и могут жить половой жизнью.

В течение всего пребывания в лагере между юношами и девушками царит тесная дружба. Но их новое существование только начинается: ведь домой они возвращаются в качестве новорожденных и ведут себя так, как будто забыли все, что умели раньше, - бормочут нечленораздельные слова, ходят на четвереньках, еду кладут в уши или "прямо в живот" (через пупок) и т. д. Мальчики стараются вспахать поле ручкой от мотыги, а девочки кипятят в котелке для еды камушки или землю. Старшие - силензи - начинают их постепенно переучивать, и в частности рассказывают правду о чудовище и о священных инструментах, которые их так напугали.

Нам остается добавить, что на самом деле эти церемонии еще более сложны. Такие празднества проводят широкие массы лоби и бирифор, к которым присоединяются еще соседние кланы ганов, тегесье и другие. Аналогичные обычаи, хотя и менее красочные, под названием зорого существуют у данов и догохе, живущих немного севернее.

Сенуфо из района Корхого отмечают поро по более широкой литургической программе и в другом духе. Однако основной принцип и цели этого во многих отношениях замечательно организованного празднества остаются теми же. Мифологические темы, постоянное присутствие умерших предков, покровительство, оказываемое Катиелео - матерью нежной и в то же время грозной, - все это придает ритуалу большую живописность. Синзанга - священный лес, где находится маленькая деревушка, оборудован как постоянно действующая база с учетом числа семейных групп, пользующихся им. Он расположен рядом с поселком, а иногда и внутри него и окружен высоким забором, чтобы туда не проникали нежелательные лица. Для новообращенного сенуфо это место играет роль микрокосма, точной копии вселенной, устроенной так, как ее создал божественный Кулотиоло. В качестве первосоздателя Кулотиоло имеет право на посвященный ему алтарь конической формы, сделанный из глины. Он поставлен в центр "мира первых времен" (теология рассматривает его как пуп небес, основу всей органической жизни). Заметим, кстати, что это единственный намек на существование бога-создателя небесного происхождения в системе поро, целиком проводимого, как мы уже говорили, под знаком земных божеств, которых представляют маски и ряженые.

В священном лесу царит обстановка замкнутости. Здесь представители трех поколений совершают положенные ритуалы и занимаются теологическими разговорами; молодые люди проходят обряд инициации, а старики проводят свой досуг. Синзанга - священнейшее место, экстраполирующее действительность и существующее вне времени, - является также местом свидания живых и мертвых. Последних символически представляют длинные деревянные стволы, кучки камней или же вырезанные из дерева скульптуры. Таким образом, общества живых и мертвых поддерживают постоянные и очень тесные связи.

Местных вариантов проведения поро у сенуфо очень много, и они отличаются большой сложностью. Но так же как мы это отмечали в отношении кполон в Верхней Гвинее, структура всех церемоний остается неизменной. Чтобы занять полноправное место в обществе (и, следовательно, пользоваться уважением окружающих), надо пройти три последовательных цикла инициации: первый касается детей от 7 до 15 лет, второй - юношей и третий - зрелых мужчин. Каждый из этих циклов длится семь лет и подразделяется на несколько фаз; каждый выпуск новообращенных сопровождается серией испытаний. Считается, что сенуфо достигает зрелости к тридцати годам.

Женщины, как правило, проходят только два первых цикла, и не в таких строгих условиях, как мужчины. Их подготовка в рамках поро заканчивается обычно к двадцати годам. В это время они подвергаются эксцизии и некоторое время находятся в синзанга, специально устроенных для них.

Ясно, что проведение каждого цикла инициации требует крупных средств, и поэтому занимающиеся этим организации имеют большое значение и в экономической жизни. Движение капиталов не всегда проходит в желательном направлении: играя на руку и без того зажиточным руководящим слоям общества за счет интересов большинства населения, оно ведет к сохранению и даже к усилению социального расслоения.

Схема ритуалов инициации у сенуфо покоится, конечно, на символике "смерть - возрождение". Но одновременно делается упор и на ритуальное воспроизводство мифа, другими словами, на актуализацию священных моделей с целью подчинения воле богов и содействия движению генетической энергии. Все делается так, чтобы мистическим образом слиться в одно целое с божественным элементом: реализм очень условных ритуалов доходит до того, что неофита заставляют якобы произвести совокупление с деревом, посвященным "матери деревни" - Катиелео. Физические испытания требуют от кандидата то ловкости и сообразительности, то выносливости, которую ему придется проявлять будучи хозяином семейного очага. Ему надлежит, например, пройти через ряд препятствий, не разрушая их, или найти самую короткую дорогу в искусственно сделанных зарослях, или особым способом очистить клубень ямса. А для тренировки на выносливость кандидат должен, не моргнув глазом, выдержать напор струи горячей воды, смешанной с гравием и красным перцем, или достать ртом медное кольцо со дна, наполненного водой таза, или совершенно спокойно перенести порку и т. п. В некоторых районах, например там, где живут тиембара, нафана и фодомбеле, "новорожденные" должны нагишом пройти через узкий проход, сделанный из колючих листьев, а затем, скользя по грязи, переносить истязания, которым их подвергает маска-акушер куто.

Наряду с этим бывалые люди обучают своих молодых собратьев искусственному литургическому языку, так называемому тига. Этот язык понимают боги и посвященные, поэтому им пользуются в синзанга.

Мы уже знаем, что пребывание в синзанга занимает очень много времени, хотя современный прогресс в жизни деревенского населения содействует сокращению сроков обучения по программе поро. Чтобы понять всю сложность этого прекрасно организованного мероприятия, построенного на соблюдении старых обычаев, рассмотрим примеры, почерпнутые из практики групп тиембара и нафана, живущих в центральной части страны сенуфо - около Корхого.

У обеих этих групп программа полной инициации разделена на три цикла продолжительностью по семь лет каждый. Цикл делится на периоды, которые должны содействовать претворению в обыденную жизнь одной определенной мифологической идеи.

1. Поро у тиембара имеет прежде всего ранний, до наступления полового созревания, цикл поволо, что значит "черный переход". Продолжается он обычно семь лет и подразделяется на четыре следующих периода:

а) гбворо, т. е. ученичество;

б) камуру, по окончании которого новообращенному разрешается носить большую мотыгу (тийя) в знак признания его способностей земледельца;

в) соро - этот период можно сравнить с "возрастом козла" - и, наконец;

г) тиарага, когда возводят в степень "льва".

2. Второй семилетний цикл охватывает юношеский возраст и называется квонло. Он не подразделяется на периоды и целиком посвящен подготовке неофита к исполнению его будущих гражданских обязанностей, в том числе военному обучению. Молодой человек подвергается также тяжелым физическим испытаниям и должен в течение одного месяца находиться в священном лагере в строгой изоляции. По истечении этой фазы обращенный получает другое ритуальное имя в знак создания его новой личности.

3. Третий цикл заканчивает программу инициации в двадцать один год. Это цикл зрелости, и называется он тиоло. Он предусматривает 12 периодов, последний из которых, кафо, завершает систему коллективной подготовки; его редко достигают раньше тридцати лет.

Хранители традиционной мудрости, непрерывно обогащают свои познания во время дискуссий, ведущихся в синзанга, что является наивысшей формой индивидуальной инициации.

Среди населения, обосновавшегося вдоль течения реки Кавалли, обряды инициации для женщин отмечаются более широко и носят более сложный характер, чем соответствующие ритуалы для мужчин. Нельзя сказать, что гере, вобе, гио, ге, кран и уби не ценят мужчину; наоборот, они считают его вполне пригодным вести борьбу за существование. Но - одно не исключает другого - женщина играет в общественной и экономической жизни большую роль и поэтому должна получить очень тщательную подготовку, чтобы выполнять свои многочисленные функции. Не надо забывать, что в этих скромных лесных цивилизациях существующие обычаи предполагают, что в случае необходимости женщина может принять на себя обязанности политического вождя.

В местах, где живут гере и уби, пло йуво, которым, как и почти всем женщинам в Тропической Африке, запрещено пользоваться масками, находят удачный выход из этого положения: с помощью каолина, охры и других самых разнообразных материалов они сооружают символические костюмы. В зависимости от своих физических данных и своего темперамента они изображают буйвола, слона, пантеру, барана, утку и даже полицейского или автомобиль. В этом культурном ареале женщины, прошедшие эксцизию, устраивают исключительно красивые хореографические зрелища, пользующиеся большой популярностью у туристов-фотографов. Но то, что происходит за оградой лагеря, созданного для проведения инициации, остается, конечно, тайной, особенно для мужчин.

На территории, простирающейся от берегов Кавалли до берегов Убанги, во всех ритуалах, связанных с инициациями, есть много общего. Цикл обучения у девушек манджа ограничен лунным месяцем, т. е. сроком, достаточным для выздоровления после операции. Церемонии начинаются ночью: все танцуют, поют непристойные песни, а на заре совершают коллективное купание в реке. Затем матроны - женщины, уже прошедшие инициацию, ведут обнаженных девушек в огороженное место, охраняемое часовыми, чтобы туда никто не проник. Одна за другой кандидатки присаживаются на циновку и подвергаются операции: старая специалистка согнутым клинком отрезает клитор (в некоторых районах и часть малых губ) и бросает его (чтобы какой-нибудь злой колдун не воспользовался им в магических целях) в воду, где, как говорят, он превращается в пиявку. Помощницы кладут на рану пластырь из лечебных трав. Затем тело девушки обмазывают пальмовым маслом и пудрят красным порошком, что образует своеобразный панцирь против "дурного глаза". В таком виде они должны вечером того же дня исполнять аллегорические танцы, показывая мимикой, что обретают статут взрослой женщины. Остальное время пребывания в лагере используется для обучения девушек, и в заключение проводится торжественная церемония выпуска.

Сара проводят церемонии для девушек, связанные с наступлением возраста половой зрелости раз в три года, а эксцизией следует пребывание в течение двух лунных месяцев в лагере. По примеру своих братьев девушки получают новое имя. Для того чтобы "стимулировать" преобразование своей личности, они должны принять священную пищу отвратительного вкуса: это - соус, в котором варится собачье мясо, приправленное пучками их собственных волос, кусочками кожи крокодила и листьями растений, вызывающих галлюцинации.

Зона распространения таких церемоний в Африке очень обширна, но не непрерывна. Обрезание и эксцизия - или заменяющие их операции - практикуются, как правило, на суданских равнинах и в лесных массивах. Между этими двумя полосами живут народы, которые не только не прибегают ни к какому калечению, но и запрещают их. Существуют и такие нормы обычного права, когда мужчина, прошедший обрезание, не может занижать политический пост. Так, перед интронизацией царь у акан должен раздеться и в присутствии полномочных представителей доказать, что на его теле нет никаких недостатков, что у него, так сказать, все на месте.

Также обстоит дело и у народов, которых называют иногда палеонегритскими. Здесь обрезание, как правило, не производится. В то же время эксцизия встречается часто. Достижение зрелого возраста нуэр, часть динка и ануаки в районе Верхнего Нила отмечают "знаком воина": надрезают на лбу вздутые полоски. Нилоты и их соседи в районе Великих озер разбивают передние зубы; они это делают, исходя из требований обрядов посвящения, но ради красоты тоже. Надо отметить, что зубы калечат совершенно разные и далеко живущие друг от друга народы: гереро, масаи, бакамба, монго, кунда, сара, бонго, мусгум, крейш, нуба... Примеру банту последовали также и некоторые группы пигмеев на северо-востоке Заира. Таким образом, зона соблюдения этого обычая идет от Бахр-эль-Газаль, через окрестности озера Чад, пересекает горные массивы Северной Нигерии и равнины Вольты, затем выходит на западную часть Берега Слоновой Кости, где живут гере, вобе, ньябва, дан; отсюда она следует по побережью из районов обитания кру, и доходит до Казаманса. Используются всевозможные приемы: передние зубы спиливаются и превращаются в остроконечные, или их выкручивают так, что они торчат вперед, или выдергивают совсем, или заменяют искусственными, сделанными из костей животных, и т. д.

Скарификация лица особенно распространена у сенуфо, моей, сара. Многие женщины носят кольца в губе, например в Верхней Вольте и в некоторых районах Берега Слоновой Кости. Подобно тому как это было когда-то принято у народов группы сара и у других племен Судана и Чада, надрезы на лице делаются даже тогда, когда губы продеты довольно большим деревянным кружочком. Вообще разрисовка кожи, выполненная различными техническими приемами, практикуется фактически по всей Тропически Африке, за исключением районов, рано подвергшихся исламизации.

Совершенно очевидно, что обряды посвящения женщин приобретают особенно большое значение в матрилинейных обществах: у банту на юге бассейна Конго они начинаются, например, как только появляются первые менструации, и сопровождаются яркими празднествами.

В районе Гвинейского залива наилучшим образом организованные женские объединения это - бунду у менде в Сьерра-Леоне и санде у кпелле и гола, живущих в Гвинее и Либерии.

Если в одних местах, чтобы подчеркнуть женственность, отрезают клитор и малые губы, то на юге Африки есть народы, готтентоты в частности, которые не только следят за сохранностью женских половых органов в естественном виде, но и стараются удлинить их искусственным путем, чем ежедневно занимаются семейные матроны в течение всех молодых лет жизни женщины. Естественно, такой любопытный факт - его принято называть "готтентотским передником" - много раз отмечался как в научной литературе, так и в путевых очерках.

В большинстве традиционных обществ Тропической Африки юношам и девушкам предоставляется почти полная свобода добрачных половых отношений. Правило супружеской верности - и то больше в юридическом плане - считается обязательным только после свадьбы. Между тем в некоторых районах очень ценится девственность и даже принимаются меры предосторожности, чтобы ее оградить. Так, племена, на протяжении веков подвергающиеся влиянию Корана, например эфиопы, сомали и арабизированные группы населения Восточного Судана, зашивают большие губы половых органов своих девушек (это называется инфибуляцией), а потом, после свадьбы, показывают собравшимся постельное белье, запачканное кровью от девственной плевы.

Конечно, приведенные нами примеры отнюдь не исчерпывают всего богатства церемоний, связанных с обрядами посвящения. Они дают тем не менее представление об этих имеющих очень большое социологическое значение ритуалах старой Африки. Целью их является покончить с переходным состоянием молодого человека, сделать его зрелым индивидом и соответствующим образом отметить этот переход. В этом процессе принимают активное участие различные персонажи невидимого мира, начиная с предков и кончая божествами самого высокого ранга, которых представляют люди старшего поколения.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, дизайн, подборка материалов, оцифровка, статьи, разработка ПО 2001–2017
Елисеева Людмила Александровна консультант и автор статей энциклопедии
При копировании отдельных материалов проекта (в рамках допустимых законодательством РФ) активная ссылка на страницу первоисточник обязательна:
http://mifolog.ru/ 'MIFOLOG.RU: Иллюстрированная мифологическая энциклопедия'
E-mail для связи: webmaster.innobi@gmail.com