Мифологическая энциклопедияЭнциклопедия
Мифологическая библиотекаБиблиотека
СказкиСказки
Ссылки на мифологические сайтСсылки
Карта сайтаКарта сайта





Пользовательского поиска


предыдущая главасодержаниеследующая глава

169. Алаверди

(Опубл.: Б. Т., Кахетинское предание, - "Кавказ", 1900, № 168. Текст литературно обработан издателем. Печатается с сокращениями.)

В Грузию вторгся с несметными полчищами персидский шах Аббас. В короткое время завладел он Кахети и частью Картли.

В один из жарких дней, когда шах Аббас отдыхал после обеда у входа в свой шатер среди персидского лагеря, к нему явился посол от грузинского царя с подарком и поставил к ногам шаха корзину со свежими фруктами. Шах похвалил плоды и, раздавая их царедворцам и приближенным, изредка бормотал: "Чох гюзель, чох гюзель! - Очень хорошо, очень хорошо!" Аббас взял самое большое яблоко, съел его и, выкинув семена, закопал их концом копья в землю. Затем, обратившись к посланцу - грузинскому таваду*, он сказал:

* (Тавад - князь.)

- Кланяйся царю и доложи, что пока из этих семян не вырастет сад и я не вкушу плодов от него, до тех пор не выйду из пределов вашей земли, где мне спится лучше, чем дома.

Низко поклонился посланец шаху и, сев на коня, пустился рысью из лагеря. Посланца-тавада звали Шио. Возвращаясь домой, он думал о своей молодой жене Хорошане, о ее замечательной красоте, о родине, и в голове его зародился смелый план избавления страны от ненавистных персов.

Между тем шах Аббас, покоривший Грузию, продолжал грабить и разорять страну, стараясь принести как можно больше вреда ненавистным гяурам. Кроме сбора разной дани, шах отдал приказ набирать в селах и городах с каждой новой луной пятьдесят отборных красавиц и доставлять их в персидский лагерь. Несчастных пленниц раздавали приближенным шаха.

Одним из самых влиятельных ханов в свите шаха считался предводитель татарской конницы Алаверды. Пользуясь своим высоким положением, он не дожидался подачек от хана и сам посылал в город Телави за красивыми грузинками.

Грузинский царь и его тавады стояли в это время с остатками разбитого войска около Мцхеты. По призыву духовенства сюда, к месту древней святыни, стекались воины со всех концов края. Войско постепенно увеличивалось. Ожидали подкрепления от Имерети и единоверной Москвы. В таком положении были дела, когда тавад Шио скакал к царю с ответом шаха. По пути он решил заехать к себе домой и попробовать привести задуманный им план в исполнение. Он решил пожертвовать для спасения родного края своей горячо любимой женой, красавицей Хорошаной.

Переступив порог своего дома, он бросился на колени перед женой и стал просить ее спасти отечество. Страстно и горячо доказывал тавад трудность предстоящей борьбы обессиленной Грузии с могучим шахом Аббасом и призывал Хорошану совершить подвиг, возможный только для женщины.

- Не главный стан шаха с несметной силой кизилбашей страшен грузинам. Их геройская уверенность колеблется только перед могучим помощником шаха, ханом Алаверды. Отложись он от шаха - и Грузия спасена. А ее надо спасти во что бы то ни стало! И ты одна это можешь совершить - не силой, а жертвой. Ту любовь, которая до сих пор принадлежала лишь мне одному, отдай хану Алаверды. Будь Юдифью Иверии. За то, чему нет цены, потребуй от хана Алаверды измены шаху. Приведи его к нам, а если это невозможно... сними с него голову. Я умру впереди храбрых, буду биться с врагом до последнего вздоха, но что значит вся наша храбрость в сравнении с тем великим подвигом, который совершишь ты для спасения нашей страны!

Долго говорил тавад Шио, убеждая Хорошапу принести себя в жертву, долго длилась в ней борьба между любовью и долгом, и только к утру согласилась она наконец исполнить просьбу любимого мужа.

Сам Шио, одетый в лохмотья простолюдина, привел жену в шатер хана Алаверды. Хан Алаверды был пахлаван и обладал страшной силой. Немало видел он на своем веку красавиц, немало было их и в его гареме, но такой, как Хорошана, он еще никогда не видывал. Глаза его загорелись при виде смущенной грузинки, и охватила хана неудержимая страсть.

Наступила ночь. Под шелковым шатром хана шел горячий спор. Алаверды не соглашался на цену, которую требовала за любовь красавица Хорошана. Он предлагал ей все свои сокровища, все наслаждения, кроме измены шаху, но Хорошана просила только этого. Не раз могучий хан приходил в бешенство и угрожал ей кинжалом - красавица оставалась непреклонной. Мрачный как туча был хан весь следующий день, и только в полночь согласился наконец исполнить желание овладевшей его сердцем грузинки и поклялся ей в этом бородою пророка.

Весь следующий день хан Алаверды провел счастливым пленником у йог прекрасной грузинки. В это время шах прислал гонца к хану с повелением выступить в поход против неприятеля и соединиться с войсками шаха через три дня. Алаверды приказал ковать коней и готовиться к выступлению из лагеря.

Оба войска сошлись наконец на бранном поле. Полки шаха были готовы к бою, но Аббас медлил начинать сражение и ждал прибытия хана Алаверды с его конницей, движение которой почему-то замедлилось. Тогда шах Аббас выступил со своим войском. Персы дрались отчаянно, и уставшие отряды их заменялись свежими силами. Бой разгорался, и победа склонялась на сторону мусульман. Вдруг в отдалении показалось татарское войско. Кизилбаши еще более ободрились и подняли радостный крик. Грузины заметно приуныли, но ободренные своими начальниками снова бросились в битву. И вдруг случилось то, чего никто не ожидал. Алаверды со своими татарами бросился на полчища персов и довершил победу православных воинов над ордой кизилбашей. Персидское войско было разбито и обратилось в постыдное бегство.

Не дешево обошлась эта победа Грузии. Немало погибло в битве лучших сынов ее. В числе убитых был и храбрый тавад Шио. Над его трупом страстно рыдал молодой воин в татарских доспехах: это была красавица Хорошана. Хан Алаверды также получил смертельную рану в бою. Умирая, он завещал все богатства на восстановление разрушенной обители святого Георгия.

Обновление монастыря праздновалось осенью после сбора винограда. Почти все жители Кахети и Картли съехались на этот народный праздник. После службы на огромном пространстве зажглись костры, задымились кебаб*, шашлыки и наполнились вином турьи рога и азарпеши**. После многочисленных тостов последовал тост в память поборника Грузии хана Алаверды.

* (Кебаб - блюдо из рубленого мяса.)

** (Азарпеша - см. прим. 1 к № 156.)

- Алаверды! - провозгласили грузины, поднимая азарпеши.

- Якши-ол! - ответили им татары из приближенных хана, принявшие по примеру своего властителя православие.

Праздник стал повторяться ежегодно с огромным съездом народа и неизменными поздравительными возгласами "Алаверды" и "Якши-ол"*. Народ скоро разнес эти клики во все концы Грузии и увековечил этот обычай застольного поздравления.

* (С этими восклицаниями передается и принимается рог с вином.)

Обитель же святого Георгия с того времени получила название Алаверди*.

* (Алаверди - кафедральный храм в долине Алазани в Кахети. Первая церковь на месте храма построена в середине VI в. Настоящее здание собора построено на рубеже X-XI вв.)

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, дизайн, подборка материалов, оцифровка, статьи, разработка ПО 2001–2016
Елисеева Людмила Александровна консультант и автор статей энциклопедии
При копировании отдельных материалов проекта (в рамках допустимых законодательством РФ) активная ссылка на страницу первоисточник обязательна:
http://mifolog.ru/ 'MIFOLOG.RU: Иллюстрированная мифологическая энциклопедия'
E-mail для связи: webmaster.innobi@gmail.com