Мифологическая энциклопедияЭнциклопедия
Мифологическая библиотекаБиблиотека
СказкиСказки
Ссылки на мифологические сайтСсылки
Карта сайтаКарта сайта





Пользовательского поиска


предыдущая главасодержаниеследующая глава

12. Две акулы

В Факпои, неподалеку от деревушки, что носит название Саве-леи, жили муж и жена. Они всегда ходили ловить рыбу в Хусила, что в местности Феаваи. Однажды супруги пришли в Хусила как раз тогда, когда там собралось немало рыбаков со всего предела Феаваи. Супруги решили присоединиться к этим рыбакам. Рыбачьи лодки вышли в море, рыбаки раскинули свои сети и ловили рыбу до самого прилива, пока главный среди них не сказал, что пришла пора возвращаться на берег.

Вернувшись на берег, рыбаки стали делить улов. Мужу с женой Досталась большая акула, самка. Она была в тягостях. Супруги вскрыли ей брюхо, а там двое акулят. Муж сразу сказал, что детенышей надо выбросить, но жена уговорила его пощадить малышей, пообещав, что она сумеет их вырастить.

И супруги пожалели рыбок, оставили их и унесли оттуда в глубь острова, к себе в Факпои. Там они запустили рыбок в продолговатую миску, в которой обычно держали воду. Рыбки прижились, откормились и скоро заполнили уже всю посудину. Пришлось перенести акулят в круглую посудину, побольше. Но скоро и она стала тесной для рыбок, и точно муж с женой отнесли их на берег и выпустили в воды ручья, что течет в Хусила и впадает в море; вода в этом ручье чуть солоноватая. Но рыбы продолжали расти и вскоре заполнили собою весь ручей. Тогда супругам пришлось забрать их оттуда; они понесли рыбок дальше - мимо скалистого берега, что в местности Феаваи, мимо следующего за ним песчаного берега и так до местности Тарсуа. А там они нашли такое место, где скалы стояли так, что получился маленький заливчик, и в этом заливчике оставили своих питомцев. А оттуда им пришлось их перенести в бухточку побольше - она была скрыта между скалами в Тарсуа. Там супруги продолжали подкармливать своих рыб, те росли, росли и заполнили собой новое жилище, так что места им снова стало мало. Тогда муж с женой выпустили их прямо в открытое море. Рыбы обжились там, но каждый день приплывали к устью того ручья, что течет в Хусила. Супруги приносили им туда еду, кидали ее в устье, и рыбы всегда были сыты.

В доме супругов жил чужестранец - тонганец (1 Здесь (как и в других текстах) неясно, идет ли речь действительно об островах Тонга или о любых далеких ("чужих") землях.). Шло время, он прожил у них немало, и ему очень захотелось вернуться к себе на Тонга. Наконец он стал просить мужа с женой разрешить ему вернуться на родную землю. Супруги согласились отпустить его и велели собираться: с наступлением следующего дня он мог отплыть в свой край.

Муж с женой легли спать, а когда настало утро, они вместе со своим тонганцем спустились на берег, направились в Хусила и подошли к устью ручья. У самого устья плавали две их рыбы. Супруги окликнули их, и они подплыли еще ближе, задрав носы над водой. Тогда муж с женой велели тому человеку сесть верхом на рыб, которым надлежало доставить тонганца на родную землю.

Он в мгновение ока оказался на спине у рыб. Супруги же сказали ему:

- Когда приплывешь на Тонга, будь любезен, возьми пресной воды и промой глаза нашим рыбам. Потом поверни их мордами в сторону Ротума, и тогда они легко смогут вернуться домой.

- Хорошо,- ответил тот человек.

Муж с женой велели ему отправляться; тонганец и обе акулы пустились в путь на Тонга, супруги же вернулись к себе в Факпои.

Долго несли рыбы того человека по волнам и наконец достигли его родной земли. Там он сразу вышел на берег и отправился к своим, даже не вспомнив о словах супругов, наставлявших его насчет акул. Рыбы же остались у того берега, к которому доставили тонганца, и плавали там, плавали и терпеливо ждали, когда он наконец придет промыть им глаза свежей водой - тогда им можно будет возвращаться домой. Так они ждали, ждали, когда тонганец промоет им воспаленные глаза, и все попусту. А что до того тонганца, то, вспомнив наказ, данный супругами, он просто решил, что выполнять его и не стоит.

Но скоро среди жителей той местности пошел слух о том, что в прибрежных водах плавают две рыбы, необычные рыбы - ручные, послушные человеку. И тут этот самый тонганец надоумил своих убить бедных рыб и полакомиться их мясом.

Все жители того края собрались на берегу, и им удалось поймать одну из рыб. Вторая же успела уйти от них в открытое море.

Пойманную акулу люди положили в печь. А вторая акула не стала уплывать домой: она осталась недалеко от берега и все думала, как же ей вернуть к жизни убитую сестру.

Люди дождались, когда рыба будет готова, открыли земляную печь и сели пировать. Закончив пир, они побросали объедки прямо в воду. А та рыба, которой удалось уйти, заметила это, подплыла к куче объедков и нашла среди всех прочих отбросов кости сестры. Она подобрала все, что там было, не оставив ни единой косточки, мигом проглотила все это, повернулась хвостом к той земле и поплыла к себе на Ротума.

У берегов Ротума она отрыгнула все проглоченные кости; и не успела она их выплюнуть, как сестра ее вернулась к жизни. И снова обе акулы стали плавать у устья того ручья, что течет в Хусила. Вскоре к ним спустились те муж и жена, их кормильцы.

Супруги спросили рыб, как прошло их плавание, и те поведали им обо всем, что с ними случилось. Тогда супруги сказали:

- Ничего, наберитесь терпения - в скором времени вы будете отомщены.

Прошло несколько дней, и муж спустился в Хусила, забрался на спину рыбам, и все трое отплыли на Тонга. Плыли они, плыли и прибыли к берегам Тонга, когда на землю уже спустилась ночь.

Мужчина вышел на берег и сразу отправился на поиски. Тихонько переходил он от дома к дому, прислушиваясь к тому, что происходит внутри. Так он скользил между домами, прислушивался и наконец добрался до общинного дома, где собирались молодые люди (2 Общинный дом (здесь - дом юношей) - место собрания молодых людей; в этом доме они, как правило, и живут до женитьбы. Общинные дома, как мужские, так и женские, известны у целого ряда народов Океании.). Прислушавшись к тому, что делается в доме, он разобрал, что там идет какая-то беседа и что кто-то рассказывает о Ротума. Вникнув в слова, мужчина понял, что это говорит тот самый человек, и пробормотал:

- Ну, теперь уж тебе не уйти!

Приплывший отошел от общинного дома и стал дожидаться, пока все в нем заснут: тогда ему уже не составило бы никакого труда похитить нужного ему человека. Он долго прислушивался, и наконец все смолкло. Теперь он мог подойти к дому - в нем все спали, раздавался только храп.

Мужчина прокрался в дом, осмотрелся и нашел среди спящих нужного ему человека.

И вот что он сделал. Он протиснулся между тем, кто был ему нужен, и его спящим соседом, лег и принялся ворочаться, словно спящий, толкаться, брыкаться, точно как во сне; наконец все, кто

спал рядом с нужным ему человеком по одну сторону, скатились с циновки (3 Ср. здесь № 8 и примеч. 9 к нему.). А дальше мужчина поступил так. Он перелез через того тонганца, лег рядом с ним по другую сторону и принялся снова толкаться и брыкаться, чтобы и с этой стороны циновки спихнуть всех спящих. Наконец все спящие скатились с циновки, и теперь в нее можно было заворачивать того, кто был ему нужен. А завернутым в циновку его легко можно было унести прочь.

Вот так, ворочаясь, словно бы во сне, приплывший сумел скинуть с циновки всех, кто мешал ему.

Затем он быстро поднялся, завернул в циновку того скверного, дурного человека, который совсем недавно рассказывал своим истории про Ротума, взвалил его на спину и понес на берег. Там он кликнул своих рыб, уложил им на спины свою ношу, уселся сам - и они поплыли назад.

Плыли они, плыли и наконец достигли берегов Хусила. Мужчина вышел на берег, взял спящего и потащил к себе в Факпои. Увидев, как он пыхтит и задыхается под какой-то невероятной ношей, жена спросила:

- Ой, что это у тебя? Что это ты несешь, такое большое и длинное, да еще в такую позднюю пору?

Муж шепотом ответил ей:

- Не шуми! Это тот самый господин завернут у меня тут в циновку. Я думаю, он проснется, когда запоет петух.

Тут женщина сошла с того места, где они с мужем всегда спали, а муж проворно положил туда спящего тонганца. Супруги же легли в середине дома и стали переговариваться шепотом, чтобы не разбудить того человека.

Прошло совсем немного времени, и вот закукарекал петух, всегда ночевавший на дереве рангкари возле дома супругов. Тут супруги услышали с постели голос того тонганца. Он воскликнул:

- Люди, а люди, эй! Слышите, как поет петух - точно, как пел петух в Факпои.

Муж с женой переглянулись и рассмеялись.

Прошло еще немного времени, птица забила крыльями, зашумела и снова подала голос. И опять супруги услышали, как тот человек сказал с постели:

- Люди, а люди, эй! Прислушайтесь-ка к голосу петуха: он поет точно как тот петух, что всегда спит на дереве рангкари, это дерево растет возле дома тех супругов, у которых я жил в Факпои. Вот, слышите, слышите вы?

Произнеся эти слова, он вскочил и выглянул на улицу, а там уже начало светать. Приглядевшись, он наконец увидел, что он и в самом деле в Факпои и что лежит он на постели в доме тех самых супругов. Тут он снова опустился на постель и заплакал. А супруги обратились к нему со своего места:

- Вот ты как теперь! А ведь это ты дурно поступил с нами. Хоть и жаль нам тебя, делать уже нечего. Это ты взял с собой наших воспитанников, и это ты поступил с ними по-своему, не выполнил нашего наказа. Ты забыл, как говорили наши отцы: невыполненное обещание рождает беду. Теперь уже все, твой час настал.

Тот человек стал молить о пощаде, но все напрасно: муж с женой уже были у постели; они схватили плачущего тонганца и потащили на берег. Донеся его до Хусила, супруги подошли к устью ручья, где резвились обе их рыбы. Супруги бросили тонганца в воду, прямо к рыбам, и сказали:

- Вот вам еда. Когда прикончите этого, плывите прочь. Вы уже совсем взрослые, и пора вам самим добывать себе пропитание. Больше не приплывайте к нам в надежде на угощение; мы никогда уже не накормим вас так, как кормили прежде, пока вы были еще маленькими.

И акулы, проглотив брошенную им жертву, уплыли прочь. Что до супругов, то они вернулись в Факпои.

Примечание № 12. [21], 1937-1939, с ротуманск.

По версии, приводимой у У. Рассела [49], тонганца сначала зажаривают в земляной печи, а потом бросают акулам. Происходит это на том участке ротуманского побережья, который обращен к островкам Хатана и Хафлиуа. Согласно этой версии, именно благодаря доброте супругов по отношению к акулам хищные рыбы до сих пор не нападают на людей в водах южного и юго-западного побережья Ротума. В данном варианте действие происходит на юго-западе острова. Перенося акул из одного водоема в другой (см. в тексте), супруги движутся вдоль берега в западном направлении. Ср. здесь № 64, 71, 96.

предыдущая главасодержаниеследующая глава






© Злыгостев Алексей Сергеевич, дизайн, подборка материалов, оцифровка, статьи, разработка ПО 2001–2017
Елисеева Людмила Александровна консультант и автор статей энциклопедии
При копировании отдельных материалов проекта (в рамках допустимых законодательством РФ) активная ссылка на страницу первоисточник обязательна:
http://mifolog.ru/ 'MIFOLOG.RU: Иллюстрированная мифологическая энциклопедия'
E-mail для связи: webmaster.innobi@gmail.com